Сэлинджер Джером (Salinger Jerom) - Обратная связь

Обратная связь:

Правила заполнения / Политика приватности

Все сообщения постмодерируются - в случае, если Ваша запись идёт в разрез с целью данного проекта (например, в ней содержатся призывы к нарушению действующего законодательства, высказывания расистского характера либо проявления неуважения к другим участникам сообщества, и всего прочего, что противоречит как УК РФ, так и нормам морали) администрация оставляет за собой право без объяснения причин удалить запись.

На сайте функционирует система защиты пользователей от почтового спама, таким образом, Вы можете быть уверены, что, оставляя запись содержащую Ваш электронный адрес, Вы не попадёте в списки нежелательных рекламных рассылок (spam-листы).

Имя:
E-mail:
Сообщение:

23-04-2008 19:47 Иногда мне,уау и ему,хочется придумать для себя свой маленький мир,мудрых людей и искренние чувства... anna

Тем временем:

... X. Бонди вдруг подскочил в своем кресле. «Инженер Марек, инженер Марек! Погоди ка, не тот ли это Марек, по прозвищу Рыжий, Рудольф, Руда Марек, дружище Руда из „Политехнического“? Да, да, да, в объявлении так и сказано: „инж. Р. Марек“. Руда, крокодил ты этакий, возможно ли?! Ах, шалопай, до чего докатился! Предлагать „весьма выгодное изобретение“ — ха ха ха! — „по личным мотивам“, знаем мы эти „личные мотивы“ — денег нет, да? И ты задумал поймать жар птицу на какой то грязный, засаленный патент? Ну да, ты ведь вечно носился с идеей перевернуть мир. Ах, глупышка, что сталось теперь с нашими великими идеями! Куда девалась великодушная и легкомысленная наша молодость!» Президент Бонди снова откинулся в кресле. «Похоже, что это и в самом деле Руда Марек, — размышлял он. — А Марек — это голова! Немножко прожектер, но было в нем кое что. Были идеи. А впрочем, совсем никудышный человек. Проще говоря, сумасброд. Странно, как это из него профессор не получился? Почти два десятка лет пролетело , бог знает чем он занимался все это время; видно, дошел до ручки; скорее всего свихнулся окончательно; живет, бедняга, где то в Бржевнове и пробавляется… изобретениями. Да, незавидная судьба!» Пан Бонди попытался представить нищету «дошедшего до ручки» изобретателя. И ему удалось вообразить взлохмаченную голову и заросшую щетиной физиономию, грязные картонные стены — словно в кино. Мебели — никакой; в углу матрац, на столе убогое сооружение из катушек, гвоздей и обгоревших спичек; мутное окошко выходит на задворки. И в обстановке этой беспросветной нужды появляется гость, облаченный в богатую шубу. «Я хотел бы познакомиться с вашим изобретением». Полуслепой изобретатель не узнает давнишнего приятеля; покорно опускает он нечесаную голову, соображая, куда бы усадить гостя, и — о милосердный боже! — окоченевшими от холода, скрюченными, трясущимися пальцами пытается привести в движение свою жалкую машинку, какой то невообразимый перпетуум мобиле, и в смущении лепечет, что это могло бы работать, наверняка могло бы, если бы… если бы… если бы он в состоянии был купить… приобрести… Гость в роскошной шубе обводит взглядом жалкую чердачную каморку и вдруг молча вынимает из кармана кожаный кошелек и кладет на стол тысячу, вторую («Да хватит уж!» — перепугался сам пан Бонди)… третью...

Чапек Карел (Capek Karel)   
«Фабрика абсолюта»